Во второй половине 1920 гг. И.В. Сталин и его окружение пришли к выводу о необходимости резко ускорить темпы индустриализации и коллективизации, совершив так называемый «большой скачок».

Во второй половине 1920 гг. Иосиф Виссарионович Сталин и его окружение пришли к выводу о необходимости резко ускорить темпы индустриализации и коллективизации, совершив так называемый «большой скачок».

Они рассматривали деревню как источник рабочей силы для промышленности, поставщика технологического сырья и продовольствия для снабжения городов и армии. Достичь резкого повышения товарности сельского хозяйства предполагалось путем ускоренной коллективизации.

В статье «Год великого перелома» (1929 г.). Сталин писал: «Если развитие колхозов и совхозов пойдет усиленным темпом, то… наша страна через три года станет одной из самых хлебных стран, если не самой хлебной страной в мире». Для оправдания этой политики был выдвинут тезис о неизбежном обострение классовой борьбы и, следовательно, необходимости ликвидации кулачества как враждебного класса.

Принятие решения о коллективизации

5 января 1930 г. ЦК ВКП (б) принял постановление «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству». Предполагалось, что в Поволжье и на Северном Кавказе она будет закончена к весне 1931 г. В черноземных областях России, в Сибири, на Украине и на Урале коллективизацию планировалось завершить на год позже, а в Закавказье и на Средней Азии – до весны 1933 г.

ВЦИК и СНК СССР установили порядок проведения раскулачивания крестьян с конфискацией имущества и расселением кулаков, в котором они проживали. Имущество кулаков передавалось в собственность колхозов.

В 1927 году в Нижегородской губернии насчитывалось около 900 сельскохозяйственных артелей и товариществ. Входили в них в основном крестьяне-бедняки. Время массовой коллективизации – 1929 – первая половина 1930-х годов. На крестьянских сходах чаще всего разъяснялось значение коллективизации. Серьезной индивидуальной работы с людьми не проводилось.

Из неопубликованного письма крестьян деревни

Из неопубликованного письма крестьян деревни Антюговой Верхнетенского района Шадринского округа Уральской области в «Правду» (1930 гг.):

«Во время хлебных заготовок что ни проделывали: плевали в глаза, бороду дергали — все не опишешь. Вам уже некого стало грабить, вы набросились на трудового крестьянина. Весь народ отошел не от советской власти, а от дурных поступков. <…>

Социализм и коммунизм затеяли еще рано, когда настроите машин, тогда, может, поскорее все будет.

Пишете закрепить колхозы, что это за слово «закрепить»? Это разве времена Екатерины великой, которая писала, чтобы люди не переходили от помещика к помещику?

…Вы с намерением делаете все это, чтобы подорвать советскую власть. Еще предупреждаем, будем воевать другой раз, но уже не так, как воевали.

<…> Ни мануфактуры, ни сахара, ни чаю, ни табаку, ну, словом, ничего нет».

Когда появились колхозы?

Колхозы начали появляться на территории бывшей Российской империи еще в 1918 году. А к примеру, в Нижегородской области колхозы появились в только 1928 году.

Коммунисты села Андреевка Сергачского уезда Мустафа Саберов и Измаил Шаги одними из первых организовали сельскохозяйственную артель “Алга”, что значит “Вперед”. В Лукояновском уезде с помощью нижегородских комсомольцев весной 1929 года было создано два колхоза. В это же время сергачские комсомольцы организовали 12 артелей и 10 товариществ по совместной обработке земли.

Осенью 1929 года в Арзамасском округе с помощью работников сельских Советов было создано 36 новых колхозов и 169 различных других сельскохозяйственных объединений. Большую работу в проведении коллективизации проделали рабочие. Они направили в деревню своих представителей. 806 нижегородских рабочих выезжали в районы края, в Чувашскую АССР, Удмуртскую и Марийскую автономные области, а 100 сормовичей отправились даже в Белоруссию.

Коллективизация встретила сопротивление части крестьянства. Однако оно не остановило деятельность совпартаппарата. Коллективизация в Нижегородском крае не обошлась без ошибок, администрирования, принуждения.

Примеры: угрозы различного рода, высылка части крестьян на спецпоселения, судебные преследования. Тем не менее, в 1937 году в области насчитывалось уже 90,6% кооперированных крестьянских хозяйств.

Пострадавшие от коллективизации

Общая численность пострадавших в результате коллективизации по стране – 5 миллионов крестьянских хозяйств. Свыше одного миллиона крестьян вместе с семьями были высланы, стали спецпоселенцами в отдаленных районах страны. Истреблялись и репрессировались наиболее трудолюбивые и предприимчивые группы крестьян. Об этом имеются свидетельства потерпевших.

Из их воспоминаний можно заключить, в частности, что репрессировали людей не только за состояния. Часто по разнарядке подвергалось преследованию определенное число самых рядовых людей из каждого села. Таким образом, человеческие судьбы решались казенно. Вот протокол заседания президиума Ветлужского райисполкома от 26 июля 1931 года «Об утверждении плана операции по выселению кулацких хозяйств». Всего в этот день решено было выслать 84 хозяйства (437 человек) из 44 деревень. В это время среди организаторов колхозов ходячим было рассуждение:

«Не беда, что перегнем. Если и угодим в тюрьму, то за революционное дело».

За период деятельности “троек” УНКВД (Управление народного комиссариата внутренних дел) Горьковской области в 1934-1938 годы не менее 65 тысяч горьковчан подверглись заключению в исправительно-трудовые лагеря или высылке за пределы области. А если брать весь период со второй половины 1929 года и десять последующих лет, то их количество составляет свыше 200 тысяч человек – десятая часть взрослого населения области. В основном это была крестьянская масса, середняцкий слой деревни.

Объединение мелких крестьянских хозяйств в колхозы потребовало иной технической оснащенности деревни. На поля и фермы стали приходить машины. В 1931 году в крае была 21 машинно-тракторная станция, через два года – уже 54. В их распоряжении насчитывалось 2600 тракторов. Этого было недостаточно. Поэтому часть основных работ производилась прежними орудиями труда.

Основную долю сельскохозяйственной продукции государство теперь стало перераспределять в свои закрома, причем по очень низким ценам. Продукты эти шли в счет технического обслуживания села и в качестве налога за землю.

Для правильного ведения коллективного хозяйства нужны были специалисты. В районах стали действовать курсы и школы для подготовки трактористов, бригадиров, агрономов, председателей колхозов. Правда, обеспечить техническим и управленческим персоналом деревню в нужном объеме до Войну не удалось: специалисты уходили в промышленные отрасли.

С ростом коллективизации все шире развертывалось шефство рабочих над деревней. Многие рабочие коллективы берут шефство над сельскохозяйственными районами, над отдельными колхозами. Так, коллектив Горьковского автозавода шефствовал над 103 колхозами Арзамасского, Починковского и других районов. Имели своих подшефных в сельских районах “Красное Сормово”, Павловский завод автотракторных инструментов, Кулебакский металлургический и многие другие предприятия. Рабочие помогали колхозам в ремонте сельскохозяйственной техники, в строительстве районных электростанций, в снабжении машинами. Шефство укрепило союз рабочего класса с трудовым крестьянством. В известной степени оно было вынужденным, так как многие колхозы были слабыми.

В январе 1934 года Горьковский край был награжден орденом Ленина за успехи в сельском хозяйстве, за выполнение заданий государства по поставкам сельскохозяйственной продукции.

Кардинальная реорганизация села нуждается во всестороннем освещении колхозного строительства со всеми его достижениями и недостатками, удачами и ошибками. Существующая историческая литература по коллективизации не отвечает этим требованиям, потому что односторонне показывает сложный процесс преобразования деревни, сосредоточивает внимание на позитивном аспекте ее жизни и лишь вскользь упоминает, а чаще всего замалчивает просчеты и ошибки, произвол и злоупотребления.

Для успешного решения историками задачи всестороннего освещения жизни деревни эпохи коллективизации сейчас недостает документов, отражающих мнение самих крестьян, современников и участников коллективизации. Их пока очень мало. С накоплением таких материалов история даст правдивый рассказ об этом феноменальном и трагическом эксперименте.