Николай Александрович Добролюбов (1836—1861) принадлежит к числу выдающихся умов и революционных деятелей России. Владимир Ленин с величайшим уважением относился к этому замечательному человеку.

Николай Александрович Добролюбов (1836—1861) принадлежит к числу выдающихся умов и революционных деятелей России.
Владимир Ленин с величайшим уважением относился к этому замечательному человеку.

Добролюбов прожил всего двадцать пять лет, но сделал очень много, говоря его словами, «для человека и его счастья». Революционный демократ, публицист, литературный критик, Добролюбов был вместе с тем и выдающимся эстетиком. В своих философско-эстетических исследованиях он опирался на труды В. Г. Белинского и Н. Г. Чернышевского, с которыми он успешно сотрудничал.

Эстетическая концепция

Эстетическая концепция сформулирована Добролюбовым прежде всего в литературно-критических статьях: «Что такое обломовщина?», «Темное царство», «Когда же придет настоящий день?», «Забитые люди» и т. д. Особое место среди них занимает его теоретическое исследование «О степени участия народности в развитии русской литературы». Как известно, эстетическая категория «народность» получила у Добролюбова самое глубокое толкование в сравнении с его предшественниками и современниками.

Особенность эстетической концепции Добролюбова заключается, во-первых, в том, что она всецело покоится на принципах философского материализма, во-вторых, в ее практической направленности, в том, что она, в конечном счете, имеет своей целью революционное преобразование общественной жизни. Он резко критикует идеалистическую эстетику, характеризующуюся созерцательностью.

Недостаток идеалистических эстетических систем Добролюбов видит прежде всего в том, что в них формулируются отвлеченные понятия, выставляются нам «отжившие, индифферентные для нас идеалы», выдвигаются образцы «мертвого совершенства» и тем самым «чистые эстетики» отвлекают нас «от живого движения», от «живущей красоты», от «нового хода жизни». Приверженцев идеалистической эстетики Добролюбов называет «бедными», «бездушными», людьми, не хотящими «понять новой истины». Означает ли это, что великий критик был против научных обобщений, разработки эстетических категорий и принципов? Отнюдь нет. Он был против абстрактного теоретизирования, против отрыва теоретических построений от решения практических задач по формированию новой художественно-эстетической культуры, призванной способствовать выполнению этих благородных задач.

Одной из центральных эстетических категорий является категория прекрасного, наряду с возвышенным, трагическим и комическим. Иногда термин «прекрасное» употребляется как синоним эстетического. Добролюбов рассматривает проблему прекрасного в различных литературно-критических статьях, опираясь на традиции русской эстетической мысли. Длительное время в русской эстетической мысли прекрасное трактовалось с идеалистических позиций.

Материалистическое толкование

Начало материалистическому толкованию категории прекрасного положил Н. Г. Чернышевский. Добролюбов хорошо знал основные положения диссертации Чернышевского. Как и его учитель, за исходное начало в своих теоретических построениях Добролюбов берет жизнь. «Человек, обыкновенный, здравомыслящий, – пишет он, – берет от жизни то, что она дает ему, и отдает ей, что может; но педанты всегда избирают свысока и парализуют жизнь мертвыми идеалами…»

Под «педантами» критик имеет в виду мыслителей идеалистического толка, оторванных от реальности, живущих в мире философских абстракций. В трактовке основной эстетической категории Добролюбов всецело следует материалистической линии Чернышевского. Добролюбов выступал с призывом обратиться к реальности, к поискам красоты в действительной жизни. В статье «Александр Сергеевич Пушкин» Добролюбов высоко оценивает поворот великого поэта к реальным насущным проблемам своего времени. Великое значение поворота Пушкина к реальности состояло в том, что его поэзия более позднего периода сосредоточилась на актуальных проблемах жизни народа и «отвлекла от всего туманного, призрачного, болезненно-мечтательного, в чем прежде поэты находили идеал красоты и всякого совершенства».

Задача реалистического искусства состояла как раз в том, чтобы заставить людей спуститься на землю из их воздушных замков. Таким образом, для Добролюбова интерпретация основных эстетических понятий, в особенности таких, как прекрасное и идеал, неразрывно связана с задачами социального преобразования в интересах народа. В этой связи Добролюбов вводит понятие: «естественные стремления народа». Содержание этого понятия он раскрывает следующим образом: «Мерою достоинства писателя или отдельного произведения, – говорит он, – мы принимаем то, насколько служат они выражением естественных стремлений известного времени и народа. Естественные стремления человечества, приведенные к самому простому знаменателю, могут быть выражены в двух словах: «чтобы всем была хорошо».

Добролюбов анализирует категорию возвышенного, или, точнее, героического, которое рассматривает как выражение возвышенного. Героические личности – это те, кто, будучи одаренными натурами, совершали подвиги в науке, искусстве, литературе, в общественной жизни. Революционер-демократ героизм считал естественным и исключал здесь полностью момент жертвенности.

Полностью исключает Добролюбов момент жертвенности и в трагическом. Это ясно из его критического рассмотрения «Грозы» Островского. Естественное чувство Катерины вступает в трагическое противоречие с миром «темного царства». Она сознательно идет на гибель во имя любви. Эта гибель неизбежна.

И тем не менее критик видит в трагической развязке и во всем, что ей предшествовало, не слепой и неотвратимый рок. В «темном царстве» прокладывает себе путь «луч света», знаменующий собою в конечном счете торжество светлого начала. Добролюбов сторонник исторического оптимизма. Он верит в победу доброго начала, но за победу надо бороться.

Исторический оптимизм Добролюбова покоится на его вере в революционную силу народа. Революция имеет свои основы в глубинных естественных стремлениях народа. Ее победа неизбежна. И все нужно делать, чтобы способствовать этой победе. Большую роль в деле преобразования общества на новых справедливых началах должна сыграть литература. Известное место в своих статьях Добролюбов отводит проблеме комического. Главное внимание он уделяет сатирическому как одной их форм комического. Критик проявил себя не только как теоретик сатирического жанра, но и как автор талантливых сатирических стихотворений, опубликованных журналом «Свисток». Добролюбов наносит сатирические удары по мнимой гласности реакционной и либеральной печати. Силу смеха Добролюбов использует в борьбе против сторонников «чистого искусства», против реакционеров, славянофилов.

В трактовке комического критик опирается на положение Чернышевского. В категории комического Добролюбов видит отражение реальных противоречий общественной жизни и вместе с тем могучее орудие в борьбе против социальной несправедливости, пороков, враждебной природе человека сущности эксплуататорского строя. Критик все время выступает против «чистой эстетики», «чистой художественности», «чистого искусства», «искусства для искусства». Теоретики «искусства для искусства», – говорит Добролюбов, – хотят ни больше ни меньше, как того, чтобы художник удалялся от жизненных вопросов, бежал от философии, «распевал бы, как птичка на ветке», – по выражению Гете». Добролюбов ставит проблему художественности, но в плане выразительности, художественной «отделки», единства формы и содержания. Но главное для него – это «общественные вопросы». Он не согласен с тем, кто полагает, будто в общественной жизни нет ничего поэтического. Где нет поэзии, так это в «неизменном», «неподвижном» и «мертвом». Это как раз та сфера, где «чистые эстетики» ищут красоту и высокие идеалы. Тесная связь литературы и искусства, согласно Добролюбову, непременное условие их здорового развития.

Социальная значимость искусства и литературы

Социальная значимость искусства и литературы вытекает из их природы. Здесь перед критиком возникает важнейшая эстетическая проблема проблема сущности искусства. Как известно, в течение столетий в различной интерпретации принималось положение Аристотеля, согласно которому искусство есть подражание. Попытка пересмотреть это положение коренным образом была предпринята романтиками, которые делали упор на решающую роль воображения, творческой субъективности, на вымысел, фантазию. Поэты и писатели обращались к далеким историческим событиям, экзотическим странам, к вымышленным ситуациям. Но отход от современных реальных событий и проблем (исключение составляют прогрессивные романтики, в России это поэты-декабристы) ослаблял социальную значимость искусства и литературы. Гоголевский период в русской литературе означал поворот искусства и литературы к реальной действительности. Это не значит, что до этого русская литература находилась в полном отрыве от действительной жизни. Творчество Пушкина, Лермонтова и др. говорит о том, что лучшие деятели художественной культуры живо откликались на современные проблемы. Реалистическое направление в русской литературе В.Г.Белинский назвал натуральной школою в литературе. Блестящий анализ этого направления в России сделал Н. Г. Чернышевский в книге «Очерки гоголевского периода русской литературы».

Добролюбов здесь полностью разделяет позицию Белинского и Чернышевского. Он развивает дальше материалистическую концепцию сущности искусства и литературы. С его точки зрения, искусство есть не что иное, как специфическая форма познания действительности.

Согласно Добролюбову, литература представляет собою «силу служебную, значение которой состоит в пропаганде». «Признавая за искусством главное значение пропаганды, мы требуем от нее одного качества, без которого в ней не может быть никаких достоинств, а именно – правды. Надо, чтобы факты, из которых исходит автор и которые он представляет нам, были переданы верно. Как скоро этого нет, литературное произведение теряет всякое значение, оно становится даже вредным, потому что служит не просветлению человеческого сознания, а, напротив, еще большему помраченью… В произведениях исторического характера правда должна быть фактическая: в беллетристике, где происшествия вымышлены, они заменяются логическою правдою, то есть разумной вероятностью и сообразностью с существующим ходом дел». Выдвигая категорию правды как центрального понятия, относящегося к методу художественного творчества, Добролюбов принимает во внимание живость изображения тех или иных явлений действительности, широту их понимания, художественное мастерство и т. д. В статье «Забитые люди» он подчеркивает, что нельзя правду трактовать как формальную верность воспроизведения тех или других явлений жизни. Художник, по его убеждению, не пластина для фотографии, отражающая только данное мгновение. Художник дополняет фрагментарность схваченного момента, обобщает отдельные явления, из разрозненных явлений воссоздает единое стройное целое.

Здесь решающее значение имеет миросозерцание творческого субъекта. Критик указывает на сложность взаимодействия в процессе творчества мировоззрения художника и тех результатов, которые получаются. Важно учитывать, не что хотел сказать писатель, а что «сказалось» при этом, как реализовался план.

Преимущество реалистического метода

Как видим, Добролюбов довольно подробно обосновывает преимущество реалистического метода перед другими художественными методами художественного творчества. Проблема реализма тесно связывается критиком с проблемой народности. В 1858 г. им была опубликована работа «О степени участия народности в развитии русской литературы».

С позиций принципа народности он рассматривает историю русской литературы. В толковании категории народности еще не все отчетливо осмыслено критиком, но можно сказать, что здесь его вклад наиболее весомый даже по сравнению с его непосредственными учителями Белинским и Чернышевским. Заслуга Добролюбова состоит в том, что он избегает смешения понятия народности с этническими категориями. Он обращает основное внимание на социальное содержание народности. В статье о Пушкине он пишет: «Если окончить Гоголем ход нашего литературного развития, то и окажется, что до сих пор наша литература почти никогда не выполняла своего назначения: служить выражением народной жизни, народных стремлений. Самое большое, до чего она доходила, заключалось в том, чтобы сказать или показать, что есть и в народе нечто хорошее».

Добролюбов, таким образом, впервые выявляет социальную основу эстетической категории народности. Главная задача в настоящее время, подчеркивает Добролюбов, состоит в коренном преобразовании общественных отношений на основе равенства и справедливости. Это значит освобождение крестьян с землей, освобождение от деспотизма, утверждение демократического строя.

Это центральная проблема не только в области политики, но и в культуре, искусстве, эстетике. Искусство в той степени народно, в какой оно способствует осуществлению народных стремлений, претворению в жизнь исконных чаяний трудящихся. Изображение народного быта, обычаев, нравов народа, распространение народного творчества – это лишь часть проблемы. Главное – освободить народ от власти «дармоедов». Это главная задача искусства и литературы. По мнению Добролюбова, лишь Гоголь дошел до верного понимания сущности народности, но это инстинктивное, бессознательное озарение великого русского писателя. Чтобы быть поэтом истинно народным, подчеркивает критик, надо «проникнуться народным духом, прожить его жизнь, встать вровень с ним… прочувствовать все тем чувством, каким обладает народ».

Для Добролюбова народность и реализм – это те два понятия, которые органически связаны друг с другом, предполагают одно другое.

Эстетическое наследие Добролюбова сохраняет значение и по сей день.